• Боевые йоги: кто они

    Их главное божество — Кали, богиня войны. Их учебники — састры, трактаты, записанные еще на пальмовых листьях. Среди них — Сушрута-Самхита, медицинская састра, еще в четвертом веке до нашей эры рассказавшая о 108 точках тела, воздействие на которые вызывает паралич, потерю сознания, мгновенную или отсроченную смерть.


    Кришна, гроза лохотрона


    Коренной петербуржец Илья Петухов — первый белый человек, признанный учителем калари пайату. Это древнее индийское боевое искусство намного старше карате, ушу, кунгфу и таэквондо. Мастера калари не рубят кирпичи на потеху публике, не носят черные пояса и другие знаки различия, не выступают на чемпионатах. Они умеют убивать, оживлять и не допускать схватки.

    В юности Илья, в отличие от большинства своих сверстников, единоборствами не увлекался. Хотя свободного времени было предостаточно: в престижной питерской школе он посещал только английский и литературу, а неинтересные, с его точки зрения, предметы игнорировал. Поэтому из девятого класса Петухова выгнали. Его это нисколько не опечалило. Илья оставил родителям записку: "Не переживайте, уехал автостопом. Доберусь куда-нибудь — позвоню". И встал на дороге с поднятым большим пальцем.

    Позвонить получилось нескоро. Объездив половину тогда еще обширной советской страны, Илья осел в Одессе, где прибился к сообществу веселых людей в светлых простынях, с утра до вечера прославляющих Кришну.
    - У кришнаитов я чувствовал себя изумительно. Когда ты отказываешься от решений, от своей воли и живешь, полностью полагаясь на бога, это очень прикольно. Получается абсолютная свобода и безопасность. Меня точно кто-то прикрывал сверху. Я подходил к людям, которые в Одессе занимались самым наглым лохотроном, и говорил — пожертвуйте денег Кришне. Они мне — ты чего, парень, сбрендил? Не к тем подошел! А я спокойно отвечал — зря так говорите. Вот увидите: завтра сами придете и принесете мне деньги. Если что — я у Привоза книжки продаю. И они приходили на следующий день и приносили деньги. Я даже не спрашивал — почему. Видимо, что-то у них после моего ухода случалось, либо милиция ловила, либо другие неприятности. Милиция и меня не раз задерживала, доставляла в участок: за нелицензированную продажу кришнаитской литературы. И что же? Через пару часов я выходил оттуда, распродав все книжки. Даже не помню, какими словами их уговаривал. Но в конце-концов мне стало ясно, что уход в монастырь — это уход от жизни. А я в свои шестнадцать еще не так много знаю о жизни, чтобы от нее уходить.
    Илья еще поездил по стране. Занимался каким-то бизнесом, успешно. Потом задержался в Таллине, учился в школе при Русском драматическом театре. Но пришел к выводу, что театр — такое же бегство от жизни, как кришнаитская община, и что пора возвращаться домой. Видимо, он просто повзрослел.

    В 1996 году в одной из питерских газет появилось крохотное объявление: "Мастер индийского боевого искусства набирает учеников". Петухову, никогда не интересовавшемуся карате, кунг-фу и прочими "пустыми кулаками", почему-то стало любопытно.
    - Так я встретил своего учителя, Саджана Гуруккала. Он покинул Индию, потому что его собственный учитель ему сказал: "Когда разрушится твой храм, не нужно его восстанавливать. Ты должен уехать. Храм следует построить в другом месте". Храмом называют помещение, где проходят тренировки калари пайату, оно считается священным, в нем всегда есть алтарь с божествами. После предсказания в храме Саджана треснула одна из опор здания. Саджан не стал ничего поправлять и уехал на три года в Россию.

    Учитель, съешь лимон

    Сначала Петухов занимался калари чисто механически. Он не понимал сути этого странного единоборства, с движениями, будто позаимствованными из индийского храмового танца. Он не знал, что калари древней этого танца, что за 6 тысяч лет существования оно почти не изменилось, оставшись формой поклонения Кали — богине войны.
    - Я не видел, да и не мог увидеть тех мощнейших энергий, которые стоят за калари. Ашан — так на малаялам, родном языке Саджана, называется "учитель" — составил на меня гороскоп, я не понял, зачем это ему. Потом он велел принести традиционное подношение. Оно символическое: в Индии это обычно 1 рупия и листья бетеля, а в России мы давали ему 1 рубль и лимон. Сам не знаю, почему я не бросал тренировки. Я возил учителя по Питеру, но мы почти не общались, мой английский был тогда слишком слаб. Ашан научил меня аюрведическому массажу — с такого у нас начиналась каждая тренировка. А потом он вернулся в Индию. Я подумал-подумал, взял в охапку жену с сыном — и поехал за ним, в штат Керала, где живет мой учитель и где зародилось калари пайату.

    Первое впечатление от Индии — очень холодно, несмотря на плюс двадцать градусов, туман, не видно не зги. В Агре пришлось давать безумные взятки, чтобы сесть на поезд. Причем никто не знал точно, куда именно этот поезд идет. Он явился с опозданием в тридцать часов — обычное для Индии дело. Я смотал себе тюрбан из футболки, потому что жутко мерзли уши, а жену и сына завернул в шелковую мунду. Чтобы не окоченеть, мы плясали на перроне, водили хоровод и пели "В лесу родилась елочка" на английском языке.

    В конце-концов Илья с семьей добрались до Кералы и явились в городок Кочин, где живет ашан. Да что городок — небольшая деревушка. И начались тренировки, такие изнурительные, какими в Питере и не пахло. Вдобавок жара, немыслимая влажность. "Каждый день я просыпался и думал: дурак, зачем же я сюда приперся".
    - В калари есть много деталей, с которыми непросто смириться белому человеку. В храме по всему периметру располагаются божества, требующие обязательных ритуалов. При входе ты делаешь наматкад — приветствие храму, затем — приветствие божествам, потом — приветствие гуру. Стоит перед тобой темнокожий индус и ты должен наклониться, дотронуться до его немытых ног, выказывая полную покорность и уважение. Для меня это первое время было неприятным моментом. Я всегда неоднозначно относился к учительству и сегодня тоже убежден, что 99 % учителей — это чистый бизнес. Какое поклонение?

    Но были вещи, которые меня сразу подкупили. Например, отсутствие позерства. Рубить кирпичи ладонью и ломать доски запрещено — по аюрведе это чрезвычайно вредно для здоровья. Поясов, разделяющих бойцов на ранги, нет. Убили тебя в бою — значит ты плохой мастер, вот и весь твой ранг. Спарринга в калари тоже нет. Он просто невозможен, потому что это было бы смертоубийство. Когда боец калари наносит удар, то метит не в противника, а глубоко за него, как если бы цель находилась на полметра дальше. Удар должен не ранить, а уничтожать.

    Однако чем сильней мастер калари, тем больше он старается не допустить кровопролития. Он никогда не станет нарываться на драку первым. Именно поэтому я не возьмусь объяснять шаолиньцам, что их ушу, предмет национальной гордости — это на самом деле индийское единоборство. Самому первому комплексу ушу — "18 рук архатов" — обучил шаолиньских монахов Бодхидхарма, сын индийского раджи, изгнанный из Индии за проповедь буддизма.

    Я удаваль и плакаль

    Если заговорить с жителем Дели или Бомбея о калари пайату, он недоуменно захлопает глазами. Кастовые секреты в Индии в двадцать первом веке хранят не хуже, чем в первом. Калари — боевое искусство кшатриев, касты воинов. Зародившись на юге Индии, калари за его пределы почти и не выходило. Кшатрии посвящали в его секреты своих детей с малолетства и поставляли воинов всем воюющим королевствам, из которых многие века состояла страна.

    Когда в Индию пришли англичане, они стали методично изничтожать и кшатриев, и их боевые школы. Культура калари отступила туда, откуда пришла — в горные деревушки, лепившиеся в труднодоступных местах.
    - Ашан моего ашана — он умер несколько лет назад — при англичанах прошел через много школ калари. Вообще это нонсенс, потому что ни один учитель в Индии никогда не возьмет ученика другого учителя. Если тебя не удовлетворило, как обучал тебя предыдущий ашан, значит ты плохой ученик. Но когда ашан моего ашана изучал калари, тогда немногие уцелевшие учителя брали всех. Даже на гороскоп не глядели! Они считали: если ты так смел, что в оккупированной стране, под угрозой смерти готов заниматься запретнейшим учением — значит тебе это действительно нужно. А ашан моего ашана был к тому же из касты браминов. Поэтому он соединил в себе многие знания и многие школы калари.

    Калари пайату называют боевой йогой — чтоб европейцам было понятней. На самом деле бойцы калари просто используют многие йогические дыхательные практики. Но принципы йоги им глубоко чужды. Как объясняет Илья, у калари и йоги разные аспекты поклонения. Йога использует энергию Шивы, а энергия Шивы — уход от мира, погружение глубоко в себя. Тогда как калари использует энергию шакти, это энергия жены Шивы, Парвати, с помощью которой был сотворен мир. Так что если йоги принципиально пассивны по отношению к жизни, то мастера калари — наоборот активны.

    Вот и медитация — она в калари присуствует, но это не значит, что бойцы часами сидят, упершись в стенку взглядом беременной женщины и чутко вслушиваясь в движение энергий вокруг своего пупка. Медитация в калари заключается в том, чтобы отключить свое сознание и слиться с оружием. Таким же древним, как само боевое искусство.

    - Зачем овладевать тридцатью видами оружия, каждое из которых давно стало историческим экспонатом?

    - Смысл калари — создать вокруг себя ситуацию, чтобы рядом не было войны. Это делается с помощью внутренней силы. И тренировка с древним оружием дает возможность такую силу вызвать, накопить. Мастер, в котором есть этот дух, — к нему просто не должны сметь приблизиться с целью напасть. Если на него напали, неважно, победит он или проиграет — он уже проиграл, поскольку допустил схватку.
    А потому Петухов учился орудовать мучаном — маленьким, меньше школьной указки, шестом, пандираном — шестом, достигающим уровня бровей. Он работал с удаваль — саблей, уруми — гибким мечом. Илья изучал балвади — бой со щитом и мечом и основы владения чурикой — специфическим ножом, который раньше имелся у многих народов, особенно в Африке, но ныне остался только в Индии.

    - Боец калари должен быть многостаночником — уметь принять бой с оружием и без, в чистом поле и в толпе. Вот, например, тебя окружили кольцом так плотно, что невозможно даже взмахнуть мечом. Что делать?

    Илья хватает удаваль, который мирно покоится на подставке. На вид почтенному оружию лет четыреста. Используя в качестве рычага собственные спину и живот, он пускает в дело то рукоять, то конец меча — показывает оборону в толпе. Удаваль скользит по телу лезвием к предполагаемому противнику.
    - А это что за мумовина? — на столе лежит свернутая в кольцо гибкая обоюдоострая металлическая пластина с сабельной рукоятью.
    - Это уруми — гибкий меч. Я привез из Индии двухметровый, а бывают экземпляры и по шесть метров. Мастера калари оборачивали его вокруг пояса, защищая живот, а в нужный момент разматывали одним движением. Главное предназначение уруми — бой с большой группой атакующего противника. Очень опасное оружие. Мы с Григорием Бруком, еще одним российским учителем калари (ашан дал ему индийское имя Махешвара, а мне он дал имя Индучодан) — выступаем на различных праздниках, показываем, как работает уруми. И всегда Дурга Дерид — одно из божеств калари — берет себе немножко крови в жертву. Выступали как-то в Москве — там сцена маленькая, я не успел закрыться и Махеши разрубил мне ногу от сюда до сюда. Брызнула кровь и сразу такой взрыв аплодисментов. Я говорю — ну теперь моя очередь выпустить немного твоей крови, чтобы порадовать зрителей…"
    Илья берет уруми, становится в стойку и с жутким лязганьем начинает выписывать вокруг себя гигантские восьмерки. Смотреть на него действительно страшно. Это уже не Петухов, а просто какой-то разбушевавшийся Будда.
    - Спасибо моему ашану, что учил меня не традиционно — потихоньку, а давал знания ускоренными темпами. Иначе бы я за 9 лет никогда столько не освоил. Жаль, не могу показать вам отта — оружие, которое выглядит, как бивень слона. По легенде оно возникло, когда Шива лег спать, а сын Ганеша взялся его сон охранять. Ганеша — один из самых известных индийских богов, с головой слона. Тут пришел в гости Парашурама. С топором. Буди, говорит, отца, мне назначено. Тот ему — иди отсюда, папа спит. Слово за слово, начали они биться. Парашурама выбил Ганеше его бивень. Но Ганеша не растерялся, подобрал свой зуб и победил им Парашураму. Их легендарная драка и стала основой техники работы с отта. Оружие когда-то было костяным, но сейчас со слоновой костью в Индии напряженка, и его делают из тяжелого дерева.

    По признанию Ильи, работать с отта позволено только учителям. Силу тут применять не надо, быстрые филигранно-точные удары призваны попасть в точки мармы. Это те 108 точек человеческого тела, воздействие на которые вызывает паралич, потерю сознания, мгновенную или отсроченную смерть.

    Мое сердце остановилось

    Однажды к Илье пришли за интервью с Санкт-Петербургского телевидения. "Нам сказали, что вы можете одним пальцем остановить сердце!" Каков вопрос — таков ответ. "Ну что ж, — откликнулся Илья, — выбирайте журналиста, сейчас я вам это продемонстрирую".
    - Знания о точках марма-ади дается только учителям и только после того, как они прошли целый ряд серьезных обрядов и посвящений. 108 точек были описаны великим индийским хирургом по имени Сушрута вовсе не для того, чтобы убивать или наносить вред человеку. Его трактат Сушрута-Самхита мастера калари изучают, чтобы, в первую очередь, возвращать к жизни раненых, даже если их раны так тяжелы, что они уже уходят в мир иной.
    При мне однажды человек умирал. Тромбик у него оторвался, застрял в вене, перекрыл поток крови. Он посинел страшно, хотел что-то сказать — и не мог. И он стал уходить. Я случайно оказался рядом. Нанес несколько ударов по сердечным точкам, заставил сердце сокращаться. Человек остался жив.

    Но точно такими же легкими ударами, только по другим точкам, можно сердце остановить. Это удар кори, снизу в правое подреберье. Сердце успевает только сделать "тук-тук". И навсегда замолкает. А вот здесь, в области предплечья, есть точка, если туда нажать, рука отсыхать начнет. Или вот здесь точка, на бедре — в тэйквондо обычно метят в эту область и бьют со всей дури, но не прицельно. А если бить легко, но точно, ногу парализует на ближайшие несколько часов.

    Вы не боитесь нам все это показывать?

    - Нет. Вы все равно не запомните. Надо много лет потратить на изучение акупунктуры — и чтобы руку твою при этом направлял учитель. Самодеятельно точек мармы не найти. Я посвящен в марма-ади, потому что являюсь ашаном. И потому что прошел несколько уровней обрядов. Сейчас в России уже есть другие учителя калари, несколько человек. Но они не проходили через обряд, который прошел я, потому что совпал ряд нужных условий: я выучил калари, я признан ашаном и при этом еще жив мой ашан.

    Илья говорит, что раньше учителя в Индии устраивали между собой поединки — натирали концы пандиранов мелом и начинали работу по точкам. Это позволяли себе только мастера, умеющие контролировать свои движения до миллиметра. Шесты касались кожи, оставляя меловые отметины. Потом совет учителей по этим следам решал, кто одержал победу в поединке.

    Любопытный момент — некоторые точки мармы известны также дрессировщикам слонов. Болевые точки у слонов похожи своим расположением на человеческие, только их поменьше, около 90. Есть точки паники, есть точки ужаса. Неудивительно, что укротитель заставляет слона трубить, лежать, стоять на коленях одним прикосновением анкуса — короткого багра с копьем. Я сломал, я и починю

    Штат Керала, деревня Кочин. 4 часа утра — время вставать, чтобы открыть храм калари. До прихода учеников Петухов должен успеть провести службу божествам. Когда Илья приезжает в Индию, он всегда дает своему ашану отпуск, переваливая на свои плечи его ежедневные заботы.
    6 часов утра. Ученики пришли. Илья укладывает их на пол, щедро льет масло на смуглые спины и, держась за веревку, натянутую вдоль хижины, всеми своими ста пятнадцатью кило ступает по распластанным телам. Этот массаж ногами — очень полезная штука перед тренировкой. Затем Илья проводит вместо ашана урок. Тренировка идет в храме из камней и пальмовых листьев, который выстроили своему ашану Саджану российские ученики. Чем ашан очень гордится. Построить храм учителю — древнейшая традиция калари. 12 часов дня. Петухов вскрывает нарывы, вправляет вывихи и снимает лихорадку травяными настоями жителем деревни. Все учителя калари — врачеватели и все оказывают жителям местечка, где живут, медицинскую помощь. Плата за лечение символическая, 10 рупий. Это примерно 20 американских центов.
    - Принцип мастера калари такой — умеешь сломать, умей и починить. Я и России часто лечу переломы самодельной пастой из лекарственных трав и минералов, а в качестве гипса использую яичный белок.
    6 часов вечера. Илья сидит рядом с учителем, который составляет одному из новичков астрологический прогноз. Когда к ашану приходит человек, желающий изучать калари, учитель смотрит не на его физические данные, а на его гороскоп. И потом либо берет в ученики, либо отказывает, не объясняя причин. Они и так ясны: значит звезды приготовили этому человеку другой путь.

    - Вы тоже составляет гороскопы своим ученикам?

    - Да, но для меня это больной вопрос. Я очень не люблю астрологию, считаю ее ловушкой. Слабому человеку предсказания астролога могут стать обязательной программой. А я считаю, что у любого человека должна быть свобода выбора. Кстати, по признанию ашана, мой гороскоп несколько расходится с тем, что уже произошло в моей жизни. Что лишний раз подтверждает: свобода выбора — есть.

    - Зачем европейскому человеку древнее индийское единоборство?

    - Страхов у нас не меньше, чем в древности. Все мы постоянно чего-то боимся: потерять работу, стать нищим, попасть под руку пьяным хулиганам, оказаться в одиночестве, заболеть, умереть. И все убегаем от этих страхов, как умеем. Калари помогает не убегать от страхов, а поглядеть им в лицо и справиться. Богам калари все равно, христианин ты, мусульманин или атеист. В отличие от привычных нам богов они не судят, не угрожают, не наказывают. Они дают свою энергию. Если только их правильно попросить.


    Ирена Полторак, Дмитрий Лычковский
    Журнал "Патрон" | 02 мая 2006, 14:08